В этом интервью высокопоставленный офицер разведки ЦРУ в отставке Гленн Корн рассказывает о природе российской дезинформации и её роли в современной войне.
Обладая более чем 34-летним опытом работы в американской разведке и сфере международных отношений, включая более 20 лет службы за рубежом в Центральной и Южной Азии, а также на Ближнем Востоке, профессор Корн анализирует, как российские информационные операции эволюционировали от «активных мероприятий» советской эпохи к современным подходам.
Его карьера, начавшаяся в Центральном разведывательном управлении (ЦРУ), в дальнейшем включала в себя ключевые должности в Государственном департаменте и Армии США. Она увенчалась руководящими постами, на которых он координировал работу крупных и разнопрофильных команд в американских дипломатических миссиях за рубежом.
Гленн Корн — профессор Института мировой политики (Institute of World Politics), где он читает курсы по советским и российским спецслужбам и разведке, а также по внешней политике, разведке и службам безопасности Турции.
В ходе беседы рассматривается, как российские спецслужбы (такие как СВР, ГРУ и ФСБ), по сведениям, применяют «оперативные комбинации», используют агентов влияния и зеркальные нарративы в открытом медиапространстве, а также почему эти методы могут находить отклик в демократических обществах.
Также затрагиваются менее заметные каналы влияния, включая потенциальную роль псевдообщественных и «антикультовых» («антисектантских») сетей в формировании нарративов и усилении определённых позиций на международном уровне.
В контексте войны России против Украины профессор Корн делится своим видением текущего состояния информационного пространства, перехода к тактике долгосрочного информационного истощения, а также возможных ответных мер, которые стоит рассмотреть Украине и её партнерам.
Кроме того, в интервью обсуждаются вопросы устойчивости и безопасности послевоенной Украины, включая институциональные реформы и меры защиты от сохраняющихся гибридных угроз.
Публикация материала обеспечивает возможность открытого обсуждения и сама по себе не означает институционального одобрения, подтверждения или научной верификации изложенных взглядов. Материал не является официальным заявлением, экспертным заключением или профессиональной рекомендацией.